Представих този доклад на научна конференция в Русия на 24 септември.
------------------

Известно, что эффективность функционирования любой экономической системы зависит от ее масштабов. Об этой закономерности говорили средневековые мыслители. Меркантилисты приводят такой пример: если мы хотим увидеть, какой из двух городов богаче, то можем сравнить количество профессий в них, где их больше, этот город богаче своего соперника.

Очевидно, например, что средневековый Константинополь с его миллионным населением и разнообразием профессионально занятых ремесел и занятий был гораздо более эффективной экономической системой, чем любой небольшой город в провинции империи и за ее пределами. По этой причине экономика Константинополя производила товары с более низкими затратами на единицу продукции, с большим разнообразием продукции и лучшим качеством, чем любые конкуренты, которые имели несчастье работать в более мелких экономических системах.

Сегодня очевидно, что даже внутри страны люди стремятся искать свое счастье в крупных городских агломерациях, таких как Москва, Санкт-Петербург, Киев, Токио, Париж, Лондон или София, покидая родные города, которые не могут предложить им того многообразия профессиональных возможностей, бытовой и социальной инфраструктуры, товарного изобилия, доступных в крупных городских агломерациях, где концентрируются миллионы потребителей и производителей.

Почему мы обращаем внимание на этот вопрос?

Еще академик Евгений Матеев, ученый-марксист и исследователь, пришел к выводу, что только за счет интенсификации связей и взаимотношений между странами социалистического содружества последние имеют шанс победить в Холодной войне (Третьей мировой войне) своего многократно более мощного противника, который помимо всего прочего обладает достаточно развитой промышленной базой, чтобы ответить вызовам любого противостояния с альтернативными экономическими системами. Такие как СЭВ.

Известно, что после победы большевиков в Гражданской войне первому в мире пролетарскому государству пришлось пройти чрезвычайно трудный путь догоняющего развития, чтобы хотя бы по некоторым основным направлениям своего социально-экономического развития дотянуть до ведущих хозяйств того времени.

В начале ХХ века в индустриально развитом мире функционировали четыре относительно независимые технологические зоны – Британская, Германская, Американская и Японская. До сих пор идут споры о том, к какой технологической зоне принадлежит тогдашняя имперская Русь. Есть достаточные основания утверждать, что именно попытки перехода из германской в британскую технологическую зону монарха православной империи Николая II привели к началу Первой мировой войны и последовавшей за ней Октябрьской революции, после чего сторонники британского пути развития терпят поражение. Имперская Германия конца XIX — начала XX вв. не могла позволить себе потерять сырьевое изобилие своего восточного соседа, с которым она веками вела торговые отношения и с которым была связана крепкими династическими узами.

После индустриализации в СССР в 1930-е годы, на экономической карте мира появилась еще одна технологическая зона, но из-за экономической блокады капиталистического мира, Союз был вынужден развиваться в виде автаркии (в данном случае необходимо упомянуть об исключениях в виде строительства значительных производственных мощностей и продажи технологий и оборудования капиталистическими компаниями, в основном американскими). Ее (технологической зоны) самостоятельное функционирование стало возможным благодаря тому, что для обеспечения материально-технологического множества экономики, характерное для той эпохи, было необходимо иметь около 150 миллионов потребителей. Сопоставимы масштабы экономических систем в остальных четырех технологических зонах, существовавших в то время.

После окончания Второй мировой войны победители поделили между собой влияние на экономические территории Германии и Японии, проигравших войну. СССР получил контроль над странами Восточной Европы и Юго-Восточной Азии, в то время как Западная Европа и Великобритания вместе со своими колониями вошли в американскую технологическую зону.

Таким образом, советское руководство во главе со Сталиным фактически достигло демографического паритета по отношению к той части мира, которая контролировалась США. Однако экономического паритета не было, что давало огромные перспективы для индустриализации территорий, находившиеся еще в аграрную эпоху своего развития в советской системе разделения труда (здесь, конечно, не имеется в виду большая часть стран Восточной Европы, некоторые из которых имеют серьезную промышленную базу).

На начало осуществления плана Маршалла по восстановлению Западной Европы, СССР отвечает тем, что создает Совет экономической взаимопомощи, в чьи рамки все активнее проводится интеграция хозяйств тогдашних социалистических стран Восточной Европой.

До начала 70-х годов ХХ века имелись все основания полагать, что экономическая модель социализма способна одержать победу в экономической конкуренции с капиталистическим миром – неоспоримые преимущества социалистической организации, в том числе целенаправленные усилия по достижению все более высокого уровня разделения труда в хозяйственном процессе, привели к бурному развитию советской технологической зоны в десятилетия после Второй мировой войны. И пределы этого развития, казалось, уходили в далекое будущее!

Именно в это время был осуществлен окончательный разрыв отношений с Китайской Народной Республикой. После начала антисталинской кампании Хрущева, Коммунистическая партия КНР объявила, что советские коммунисты предали дело Маркса, Ленина и Сталина, и, что китайские коммунисты пойдут своим путем развития. Этот долгий и болезненный процесс прошел через Культурную революцию в Китае, суть которой заключалась в борьбе с просоветскими коммунистами, и завершилась визитом президента США - Никсона в Пекин в феврале 1972 года.

Паритет с врагом - мировой капитализм, нарушен. Впоследствии, шаг за шагом, идет поиск ориентиров для дальнейшего развития. Дело доходит до Хельсинкского процесса, в котором верховенство прав человека практически признается в соответствии именно с западным пониманием этой концепции.

Вместо того, чтобы воспользоваться серьезными проблемами, вызванными кризисом капиталистической модели развития, СССР великодушно протянул руку помощи и своими действиями во многом способствовал разрешению нефтяного кризиса 1970-х годов, предоставив свои огромные сырьевые ресурсы для тушения пожаров в западных капиталистических экономиках. В данном случае можно утверждать, что таким образом страна реализует совершенно неожиданно серьезные доходы в конвертируемой валюте, с помощью которой она сможет обеспечить бананами своих все более требовательных потребителей, но фактом является то, что протянутая рука помощи и солидарности с заклятым врагом воспринимается на Западе как проявление слабости и возможность для дальнейшего усиления идеологической борьбы против советского коммунизма.

Вряд ли нужно напоминать о том, что социалистическая молодежь того времени всецело находилась под влиянием англосаксонской культуры, что ее кумирами были искусно созданные образы, пропагандировавшие среди неокрепшей молодежи: «Занимайтесь любовью, а не войной[1]»! Даже попытки создать альтернативы западному идеологическому и культурному влиянию в той или иной степени копировали вражеские модели и стили.

Когда «плодотворное сотрудничество» между китайскими коммунистами и мировым капитализмом уже дало ощутимые экономические преимущества американской системе разделения труда над значительно меньшей советской технологической зоной, стало очевидным, что страны СЭВ не в состоянии производить более дешевую, более разнообразную номенклатуру продуктов, с более высоким качеством, чем их капиталистический враг.

Процесс конвергенции только усилил упомянутые выше процессы для того, чтобы достичь периода перестройки, который был задуман, чтобы осуществить плавный переход к объявлению добровольной капитуляции в Третьей мировой войне (Холодной войне).

Многие не согласны с формулировкой «Третья мировая война» для противостояния того времени, но следует учитывать, что мировые войны всегда ведутся между отдельными самодостаточными технологическими зонами для рынков, контролируемых противником, и то, что на территории европейского континента не было прямых боевых действий между двумя враждующими лагерями, не означает, что в других местах, таких как Корейский полуостров,  Вьетнам и вся Юго-Восточная Азия, Африка, Ближний Восток, Латинская Америка, Афганистан этого не происходило с завидным постоянством.

То, что было замечено и академиком Евгением Матеевом заключается в том, что на последнем этапе развития советского социализма особенно активизировались деструктивные силы, агитирующие за то, чтобы каждая из стран СЭВ встала на самостоятельный путь развития. «Хватит кормить всех вокруг!» — лозунг, который был популярен как в Советском Союзе, так и в странах Восточной Европы.

В Болгарии, например, вражеская пропаганда излучалась призывами не отдавать нашу сельскохозяйственную продукцию «жадному старшему брату» даром, в то время как советским гражданам внушали, что их экономические трудности связаны с необходимостью субсидирования стран ближнего зарубежья. В процессе крушения мировой социалистической системы, лозунги оставались прежними, но с укороченным радиусом географического охвата.

Дошло до того, что на протяжении десятилетий некогда единый православный народ сегодняшних России и Украины, разделенный возникшими границами, разорвал все взаимные гуманитарные и культурные связи – например, для украинских школьников не организовывались образовательные туры по России (то же самое относится и к обратной стороне) для сохранения объективной картины жизни по обе стороны границы. Никоем образом не работалось с русскоязычным населением и этническими русскими на Украине. Одновременно с откровенно националистической пропагандой[2] у западного соседа, это привело к трагическим событиям последних десяти лет в центре Европы.

В условиях нынешнего глобального кризиса модели развития, для нас очевидно, что только через социалистическую интеграцию мир может рассчитывать на возможности для прогрессивного движения в направлении дальнейшего прогресса. Однако первым шагом является освобождение от гнета капитала в странах, находящихся под его властью, и объединение всех прогрессивных сил. В том числе на уровне отдельных государств[3], для построения более справедливого мира для будущих поколений.

[1] Напоминаем, что холодная война (Третья мировая война) все еще в самом разгаре.

[2] Здесь следует отметить, что все национальные государства в Восточной Европе, возникшие после распада территориальных империй, в состав которых до этого входили соответствующие территории, проходят через схожие процессы, часто связанные с массовыми геноцидами, осуществляемыми против представителей не«титульной нации». Более подробно читайте в статье: «Национальная идея как фактор развития до и после индустриальной революции»! Ссылка: https://krizata.blog.bg/history/2018/02/22/nacionalinaia-ideia-kak-faktor-razvitiia-do-i-posle-industri.1595154

[3] По этому вопросу опубликовал статью под названием «Концепция нового будущего». Ссылка: https://krizata.blog.bg/recepti/2022/02/12/koncepciia-novogo-budushtego.1803180

https://bolgarttx.livejournal/510505.html